Александр

А в часы покоя изучал архив и старые дела о прошлых экспериментах.

Тогда-то и стало известно, что братья, наделённые каждый своим даром, возможно, живы. И в планы Александра, одарённого и почти неубиваемого хомяка, были внесены корректировки.

Глава 1

Спустя несколько лет…

Лениво покачиваясь в гамаке и поддерживая амплитуду лапкой в лаковом ботиночке, свешенной через край, Александр наслаждался весенним солнышком. Здесь, в его убежище, в горах, оно было как-то ближе, и пригревать начинало раньше, чем в долине.

Жмурясь от удовольствия и тепла, вдыхая свежий горный воздух, хомяк почти медитировал. В редкие минуты отдыха он позволял своим мыслям течь в свободном потоке. Иногда ловил озарение. А иногда приходилось себя тормозить, если думы его приобретали неприятный оттенок. Сегодня же они обратились к прошлому.

В первые месяцы после освобождения он никак не мог согреться: ужас многих лет холодного заточения не отпускал. Собственная шерсть не грела. Скорее она была его бронёй, благодаря которой его никак не удавалось умертвить.

Сложив холёные лапки на пузике, он провёл пальчиками по ткани. Приятная! Пошитый по последнему слову моды костюмчик сидел отменно, только вот клетчатый жилет был чуть узковат. Располнел. Несколько лет сытой и довольной жизни прибавили пару килограмм. Возможно, виновен винный виноград, в котором хомяк себе не отказывал. Он этого не знал.

Главным для него было то, что сорта винограда ему поставляли лучшие. Как и еду. Как и ткани для одежды. Да и портной, мир его праху, был неплох, пока не совершил ошибку. Пришлось его убить. Но теперь у него новый, лучше прежнего, мастер.

А ещё Александр вспомнил, как не мог насытиться. Мёл всё, что попадало в поле зрения, пока ему плохо не становилось. Иногда просыпался посреди ночи от того, что снова что-то жрёт. Но, несмотря на обилие еды, насыщения не наступало. Долгими месяцами он истязал себя ограничениями и с обжорством потихоньку справился.

Разве что временами при сильном волнении начинал хомячить без разбора, набивая щёки до отказа. Стыдился сам себя за такие срывы, но убил бы любого, кто посмел бы это заметить.

И, конечно, бабы. До баб Александр был охоч, и в долине множество его потомков. Не все они чистопородные хомяки. Да и плевать ему было. Кто бы ему отказал? Хотя некоторые особи получились вполне симпатичными. Увы, тупыми.